Эпидемия просто какая-то. Исходим на сопли и кашель. Мозги, может, протекают?
Так, и что ещё этот год напоследок принесёт? Хотя какая нахрен разница, настроение всё равно не праздничное. Почему-то стало скучно, чего со мной от роду не бывало, разве что очень редко. Даже во все тяжкие пускаться не хочется. Хочется уснуть и не просыпаться. Никогда. Не люблю ждать да догонять, не люблю рутинную монотонную работу, когда мало-помалу, пядь за пядью продвигаешься вперёд, медленно, но верно отвоёвываешь у судьбы всё новые и новые рубежи. Хочется всего и сразу, и провались к чертям все дурацкие правила и законы. Ну что тут остаётся?
Налить стакан, сидеть и ждать,
Иль может быть, пойти в кровать,
В кровати, правда, только спят,
Пойду, куда глаза глядят.
Вспомнилась брошюрка, прочитанная мною в детстве, что-то вроде комиксов по-русски (то бишь круче). Сидит там Горыныч в своих пещерах, скрутился весь, как не знаю что, башку лапами подпирает и говорит так грустно:
«Ску-у-у-ушно!»
Как я его понимаю.
**
Вот интересно, у нас по стране три официальных канала новостей: Первый, Россия и НТВ. Есть и иные, но их можно в расчёт не брать, такого массового влияния они не имеют, хотя очень даже нужные и полезные субстанции.
Нэтэвэшников терпеть ненавижу, твари продажные. И нет бы выполняли заказы мастерски, со вкусом, так они и эту поганую работу испоганят хуже некуда. Вот пожалуйста, недавно показывали репортаж про малые города, нашу Вологду даже показали, какой-то задрипанный дом с жителями не то бомжами, не то алкашами, есть у нас такие (у нас вообще много чего есть). Ну там рассказали, мол, там отопления нет, сям не топят, и даже рекламу сделали, показали бойлерную ляктрическую установку, которая и отопление, и горячую воду даёт, только что газ и свет не поставляет, а наоборот забирает. Вот суки, даже производителя не назвали, хрен им за такую рекламу заплатят.
В общем после этого показали московскую автобусную остановку, мол, Лужков там чуть ли не лично установил ультрасовременные (какие-то дурацкие) плиты-обогреватели, вмонтированные в асфальт. Ну репортёрша рапортует, а слева от неё виднеется край автобуса, который остановился у здоровенной лужищи и люди выходят прямо в неё. Нет бы этой репортёрше-дауну сдвинуть камеру чуть влево и показать последствия таянья снегов и плохой работы водостока. Вот репортаж так репортаж, а остановка, бля, прям как у нас в Вологде. В грязи и водище по самые яйца, езди общественном транспорте — не хочу. Я, помнится, из-за этих грёбанных разливов весной не поехал на одно весьма важное мероприятие, куда меня приглашали сородичи, вследствие чего был перехвачен дома другими сородичами и ужрался с ними в дупель. Долго ещё не забуду нашим грёбанным строителям такой подлянки. Водостоки, суки, надо было нормальными делать.
А ещё вопят, Москва, Москва — бардак такой же как и везде. Да, щаз Лужков метнётся своей кепкой эту лужу у остановки подтирать, у него ж других забот навалом. Как он умно рассуждал на передаче с Познером «Времена» о взаимодействии стран Запада с Россией и так же умно он тянет деньги со всей страны в свою Москву, которая скоро, увы, станет ругательным словом во всех городах России. Москвичи — уже стало ругательством, похуже иного мата. Мне тем более обидно, что Лужков ведь не глупый человек, должен же понимать, что за счёт всей страны Лужники не строятся. Что нельзя создавать долгосрочные проекты чуть ли (если конечно чуть!) не на костях. Благими деяниями умощена дорога в ад, помяните моё слово, когда-нибудь Москву сожгут ещё раз. Благодарить за это следует Лужкова.
Но вернёмся к новостям. Что на НТВ, так же и на Первом и России мусолят одно и то же. Смачно обгладывают информационные косточки, умело замалчивая или наоборот раздувая некоторые подробности. Работают на своих хозяев. Сейчас деньги делают новости, а правительство решает за какие платить можно, а какие лучше не показывать. Где это свободное и независимое телевидение? От кого оно не зависит? Правильно, от нас с вами. Что нам преподнесут, то и жрать будем. Каналов много, а смотреть нечего. Так же и с новостями. И ничего уже не попишешь, все каналы проданы. Даже если там найдутся смелые журналисты, им сумеют заткнуть рот тем или иным способом. Это пока ты на коне, кажется, что тебе всё по силам. А когда сперва собьют шапку, потом и с коня стащат, там уже не до профессиональной гордости, живым бы остаться. Пример Политковской и многих-многих других отстрелянных журналистов ещё очень свеж.
Нет, ребята, ничего у нас не кончилось. Реформы за реформами пятнадцать лет, а власти как были бандосы так и остались, только из костюмов во фраки перелезли. То-то они бывших дворян сюда заманивают, породниться хотят с голубой кровью. Чтоб уже навеки власть свою узаконить. Эх, не приведёт это ни к чему хорошему. Мы как были страной рабов, так и останемся, и ничего этого не изменит. Почему? А чёрт его знает. Привыкли так, вот и всё. Люди быстро привыкают жить под пятой хозяина. Недовольных затыкают, неуёмных убирают, а когда их становится слишком много, устраивают очередную революцию, меняют власть и продолжают эксплуатировать народ. Впрочем, наш народ того заслуживает. Но пусть хозяева поберегутся, если наш народ воспрянет ото сна, как писал Пушкин, пиздец придёт всем.
А пока пускай его убаюкивают и зомбируют новости с фронта, которые так любят нэтэвэшники. У них что ни репортаж, обязательно как будто с передовой. Так и начинаешь озираться, а не идёт ли уже война, не танки ли это под окнами, не бомбардировщики ли в небе. Кошмар. Ужос, твою мать.
**
Обострилось донельзя чувство юмора, это не к добру. Остроты срываются с языка, словно кто-то его хорошенько поперчил, посолил и собирается зажарить на медленном огне.
**
Анекдот.
Давно, правда, года два или три назад братан рассказал такой вот анекдот, сейчас почему-то вспомнился. Подозреваю, что анекдот от Бори Моисеева.
Приезжает муж из командировки, голодный, злой. Ключ в замочную скважину не вставляется, он барабанит ногой в дверь.
— Открывай, бля! Муж вернулся.
Ну, что, дверь открывается. На пороге жена с любовником, только что из постели. У мужа челюсть падает на пол: любовник — грузин Гиви, шкаф с антресолями два на два с половиной.
— Зачем стучишь, дарагой? Зачем женщину оскорбляешь? Сейчас я тебя убивать буду…
Ну, муж челюсть подхватил и ломанулся на лестницу, но впопыхах не рассчитал и попал головой аккурат между прутьями перил. И так вертелся, и так — не вылезти. Гиви подходит сзади, видит картину маслом и говорит:
— Ну что, дарагой? Жену твою я опробовал, сейчас и тобой не грех заняться.
Ну и приступает к делу. Но ничего не получается, отверстие маловато, не влезает. Он уж и так и этак пробовал — всё равно не получается. Ну он и обращается к жене:
— Женщина, принеси бритовку. Сейчас малость подрежем и всё будет в ажуре.
Охреневший муж в исступлении орёт.
— Мужик, не надо бритвы! Может, ещё разок-другой попробуешь?